«Пограничное» состояние негде лечить — говорят психиатры

Всемирная организация здравоохранения прогнозирует: к 2020 году число страдающих депрессиями увеличится кратно. А сейчас эта проблема затрагивает не менее 5 % населения планеты. Однако только чуть более одного процента из них отдают себе отчет в том, что больны. Две трети страдающих депрессией обдумывают способ ухода из жизни, а 15% приводят свой замысел в исполнение. Что необходимо сделать, чтобы быть готовым к своевременному и эффективному оказанию помощи этим людям, специалисты обсуждают на всероссийском конгрессе в Петербурге.

При том, что число страдающих тяжелыми психическими заболеваниями на протяжении многих лет остается практически постоянным, растет число тех, кто пребывает в так называемом пограничном состоянии: между болезнью и здоровьем. Они страдают от депрессии, тревожных состояний, нарушений сна и головных болей, булемии и анорексии. Однако лечиться им, по сути, негде. На всю страну — одно стационарное отделение психотерапии (Петербургская клиника неврозов принимает только петербуржцев).

— Наши пациенты не страдают тяжелыми психиатрическими расстройствами, такими, как шизофрения, например. Они могут и должны получать другую помощь, чтобы продолжать воспитывать детей, работать, водить машину, — говорит Татьяна Караваева, руководитель первого в стране отделения лечения пограничных психических расстройств и психотерапии НМИЦ им. Бехтерева. — Их нельзя загрузить препаратами, от которых они с трудом передвигают ноги, им нужно аккуратно подобрать лекарства и постепенно с помощью психотерапии менять установки, которые привели к депрессивным расстройствам.

По словам Татьяны Караваевой, показания для стационара — выраженность клинических симптомов с тяжелыми проявлениями, например, человек из-за страха не может ходить по улице, пользоваться транспортом, находиться в общественных местах. Или человек постоянно находится в психотравмирующей ситуации, она ранит его снова и снова, и его нужно из этих условий изъять. Бывает, что человек способен лечиться амбулаторно, но в стационарных условиях ему необходимо подобрать лекарственную терапию. Есть ситуации, в которых психологические нарушения обрастают соматическими: на фоне тревоги у человека могут развиться проблемы с сердечно-сосудистой, эндокринной системами, с желудочно-кишечным трактом. Необходимость в их коррекции — тоже показания для стационарной помощи. Проще говоря, она нужна тем, кого невозможно лечить дома. Но получить ее в России негде.

— И дело даже не в том, что стационарные психотерапевтические отделения дорогие, требуют соответствующего штатного расписания с большим числом психотерапевтов и медицинских психологов, — говорит Виктор Макаров, профессор, президент Общероссийской психотерапевтической лиги, заведующий кафедрой психотерапии и сексологии Российской медицинской академии непрерывного профессионального образования. — Был период, когда такие отделения работали в психиатрических стационарах по всей стране. Но лет 15 назад их начали закрывать. И я думаю, что причиной стала ревность врачей: в больнице на 1000 коек работает одно отделение на 60 коек, в котором интересная работа с сохранными больными, в котором хотят работать все врачи. Их начали закрывать, а «пограничных» пациентов — распихивать по разным отделениям клиники, где лечатся «хроники». Но человек с нарушением сна, головной болью не захочет лежать с пациентами, страдающими шизофренией. Кто может, едет из других регионов в отделение клиники Бехтерева, потому что в регионах, даже в Москве нет отделений психотерапии, где лечат не только таблетками. В Москве сразу назначают таким пациентам по 5-7 лекарств. А человеку важно избежать этого — избежать феномена «отложенной жизни», когда он думает, что сегодня лечится, а завтра начнет жить. В итоге лишь единицы россиян в так называемых пограничных состояниях получают эффективную медицинскую помощь.

При этом система психиатрической помощи в стране не только не готовится к росту потребности в психотерапии, все идет к тому, что проблемы с ее получением будут усугубляться. Только в Петербурге за три года сокращено 1245 психиатрических коек с намерением перевести пациентов на получение помощи в амбулаторных учреждениях, в том числе с дневными стационарами. При этом психотерапевтических коек не прибавляется.

— Нужна реорганизация службы, а не бездумное сокращение коек, необходимо обучение специалистов, которых не хватает. В Министерстве здравоохранения планируется принять новый профстандарт врача-психиатра, который на сегодня сформирован так, что может ликвидировать специальность «психотерапия» — вводится специальность «психиатрия» с трудовой функцией «психотерапия», — рассказывает Татьяна Караваева. — Российская психотерапевтическая ассоциация отправляла в Министерство предложения по сохранению специальности, по взаимодействию врача-психотерапевта с медицинским психологом, а также по обучению этих специалистов.

На конгрессе будет принято еще одно обращение в Минздрав с предложениями по изменениям в нормативных документах об оказании психиатрической помощи. Например, до сих пор не существует нормативов по числу пациентов, которых должен принимать врач, не определены вопросы нагрузки, обучения, разграничения функций медицинского психолога и психотерапевта. Возражения специалистов вызывают и предложения переложить назначение препаратов для лечения депрессии на терапевтов (врачей общей практики).

— Найти психотерапевта в поликлинике — очень большая удача, часто недостижимая, говорят специалисты. — Так что лечить пациентов с тревожными состояниями или с депрессией будут терапевты — точнее, будут назначать лекарства. А это не простые препараты, у них множество побочных эффектов, есть особенности в показаниях и противопоказаниях, есть проблемы в отмене препаратов.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*